Красная площадь

.

Красная, площадь въ московскомъ Китай-городѣ, простирается въ длину на 135, въ ширину на 75 саж. По сторонамъ ея: расположены съ сѣвера — зданіе губернскихъ присутственныхъ мѣстъ, съ востока — лицевой фасадъ гостинаго двора, съ юга — Покровскій соборъ, извѣстный подъ названіемъ Василія Блаженнаго, а съ запада— восточная кремлевская стѣна. По срединѣ площади возвышается колоссальный памятникъ въ честь князя Пожарскаго и гражданина Минина.
На площадь эту ведутъ трое воротъ: изъ Кремля— Спасскія и Никольскія, изъ Бѣлаго-города — Воскресенскія, съ Иверскою при нихъ часовнею.


Въ 1300 году, при московскомъ князѣ Даніилѣ Александровичѣ, Красная площадь отдѣлена была отъ Кремля деревяннымъ палисадомъ, который сгорѣлъ; Іоаннъ Калита вмѣсто него обнесъ кремль дубовою стѣною, а Дмитрій Донской обвелъ кремль каменною стѣною; полагаютъ, что отъ краснаго цвѣта кирпичей этой стѣны и площадь назвалась красною. Съ этого мѣста начинается Китай, т. е. Средній городъ. (Замѣтимъ, что Китай есть въ Кіевѣ, во Владимірѣ, въ Костромѣ и въ Подольскомъ воеводствѣ, родинѣ вел. кн. Елены Глинской, которая была строительницей въ Москвѣ Китая-города). Площадь въ самомъ Кремлѣ, между Грановитою Палатою и Иваномъ Великимъ, Успенскимъ и Архангельскимъ соборами, также называется Красною по красивой обстановкѣ своей и по значенію; тамъ, въ дни коронацій императрицъ: Елисаветы и Екатерины II, на этомъ тѣсномъ пространствѣ роскошно угощали москвитянъ; иначе называютъ ее царскою, а площадь между арсеналомъ и сенатомъ — императорскою.

Отъ Никольскихъ воротъ до Спасскихъ, на пространствѣ 91 саж., находилось 15 церквей съ кладбищами *), ихъ въ разныя древнѣйшія времена сооружали родственники, по обѣтамъ, на поминовеніе душъ своихъ родичей, казненныхъ на этой мѣстности, близь Кремлевскаго рва; по этому и церкви на этомъ урочищѣ назывались «на крови». Многія изъ нихъ, при Екатеринѣ II, перенесены въ Покровскій соборъ и составили придѣлы къ храму Василія Блаженнаго.
Въ началѣ ХVI столѣтія для защиты посада Кремля, то есть всего Китая-города, отъ нашествія враговъ и разоренія, рѣчка Неглинка была запружена и наполняла водою своею всѣ каналы, прокопанные на восточной сторонѣ Кремля и Китая-города, отъ чего они издали представлялись островами. Въ 1534 году выкопанъ былъ глубокій ровъ чрезъ Троицкую площадь до самой Мооквы-рѣки, а въ слѣдующемъ году, около вырытаго канала была заложена Китайская стѣна и четыре башни съ воротами: Срѣтенскими (что нынѣ Никольскія), Троицкими, по Троицкому подворью (нынѣ Ильинскія), Всесвятскими (нынѣ Варварскими) и Косьмодемьянскими (нынѣ закладенныя).
Въ ляхо-польское нашествіе на Москву, Китай-городъ былъ сожженъ— въ лѣтописяхъ сказано, что отъ неоднократныхъ пожаровъ въ той мѣстности «желѣзо яко олово разливавшееся и мѣдь яко вода растаеше». Въ ХУІІ ст., противъ Красной площади, на Никольскомъ крестцѣ, распространены уже были ряды: иконный, сайдачный, налганный и между ними проложена улица (нынѣшняя Никольская), а на Варварскомъ крестцѣ распространены ряды: масляной, муковой, сельдяной и медовой; Покровскій же соборъ огорошенъ былъ надолбами и тынчакомъ (тыномъ). Еще прежде царя Михаила въ Москвѣ былъ для всякаго товара особенный рядъ. Гостиный дворъ обнесенъ былъ каменною стѣною и наполненъ азіатскими и европейскими товарами, какъ показываютъ названія рядовъ: Сурожскій, Панской и проч., свидѣтельствующіе намъ о древнихъ отношеніяхъ Россіи съ ближними и дальними государствами, откуда привозили въ Москву кызыльбадскіе (персидскіе) товары; цареградскія ткани, шемаханскіе шелки, фряжскія вина, бакалею и разные фарфоровые и хрустальные сосуды. Олеарій **) именуетъ ряды: шелковой, суконный, серебрянный, шапочный, сѣдельный и проч. Онъ говоритъ еще о рынкѣ между Посольскимъ дворомъ (находившимся на Ильинкѣ) и Красной площадью, гдѣ въ хорошую погоду московскіе жители стригли себѣ волосы, которыми земля была устлана, какъ мягкими тюфяками— а не далеко отъ церкви Василія Блаженнаго было возвышенное мѣсто, на которомъ лежали двѣ огромныя пушки, обращенныя къ той улицѣ, откуда обыкновенно приходили татары.
Съ 1613 года воцарилась новая династія Романовыхъ. При первомъ ея представителѣ, царѣ Михаилѣ, на Красной площади уже въ 1618 г. были построены больницы, а въ 1636 году Красная площадь становится доходною статьею;' казны. Тамъ было устроено нѣсколько лавокъ и кладовыхъ, отдававшихся въ наемъ торговымъ людямъ.
Присутствіе лавокъ на самой площади, оживляя послѣднюю, конечно, привлекало сюда москвичей, которые изстари любили потолкаться на «пожарѣ» и потолковать тутъ о томъ, о семъ, напр. о причинахъ вздорожанія хлѣба — вопросъ, разбиравшійся тутъ-же купцами, гостями, чиновниками, даже боярами, иногда присланными самимъ царемъ послушать молву народную.
Въ царствованіе Алексѣя Михайловича, Красная площадь, оставалась главнымъ рынкомъ Москвы. Въ Вербное воскресенье или недѣлю Вайя, ежегодно являлась на Красную площадь духовная процессія, въ воспоминаніе входа Христова во Іерусалимъ.
Въ кратковременное царствованіе Ѳедора Алексѣевича, Красная площадь значительно измѣнилась къ лучшему. Въ 1680 году царь Ѳедоръ, по соглашенію съ патріархомъ Іоакимомъ, приказалъ разобрать всѣ восемь деревянныхъ церквей, ветшавшихъ на Красной площади, и перенести ихъ престолы въ Покровскій соборъ, что на Рву, который такимъ образомъ увеличился еще осьмью придѣлами и имѣлъ всѣхъ семьнадцать. Есть также преданіе, что на Красной площади, въ царствованіе Ѳедора Алексѣевича происходили семейныя судилища: гражданинъ, уличаемый въ веденіи жизни неправильной и забвеніи своихъ обязанностей, призывался пожилыми людьми, предварительно его увѣщевавшими, на Красную площадь и здѣсь, уличенный всенародно, увѣщевался снова, послѣ чего ему давался срокъ на исправленіе.
Въ эпоху перваго стрѣлецкаго бунта, послѣдовавшаго за смертію царя Ѳедора, въ 1682 году, Красная площадь, упиталаоь кровію многихъ «бояръ и думныхъ и ближнихъ и иныхъ чиновъ людей». Въ томъ же году, 5-го іюля, у Іобнаго мѣста старообрадцы, подъ предводительствомъ извѣстнаго Никиты Пустосвята, поставили тутъ аналой и скамьи, положили на нихъ иконы и, воздѣвая надъ головами двуперстное сложеніе креста, съ кликами: «тако вѣруйте!» стали громогласно учить народъ своимъ раскольничьимъ бреднямъ. Но, спустя всего 6 дней, голова Никиты Пустосвята была отсѣчена на этомъ же самомъ мѣстѣ, гдѣ, указомъ 5-го февраля 1685 г-да, повелѣно совершать и впредь всякія казни.
Одинъ изъ самых опустошительныхъ пожаровъ въ Москвѣ былъ в 1737 году, который истребилъ даже всѣ мосты въ Китаѣ-городѣ, а на самой Красной площади — комендантскій домъ, цейхгаузъ и казенную австерію. Три дня и три ночи свирѣпое пламя пожирало Москву— этотъ пожаръ, по преданію, произошелъ отъ копѣечной свѣчи. Въ 1771 году, во время мороваго повѣтрія и бунта въ Москвѣ, отрядъ Великолуцкаго полка, подъ предводительствомъ Еропкина, стрѣлялъ изъ пушекъ на Красной площади въ густыя толпы мятежниковъ, и тогда вся площадь была завалена трупами и залита кровью.
Въ 1739 году, какъ видно на планѣ тогдашней Москвы, по кремлевскому рву, между воротами Спасскими и Никольскими, красовался, выходя къ площади, аптекарскій садъ, а на мѣстѣ, гдѣ теперь гауптвахта, воздвигалось новое зданіе Главной аптеки.
Въ царствованіе имп. Елисаветы, на мосту у Спасскихъ воротъ, пріютились книжныя лавочки и процвѣтала торговля книгами, а также лубочными картинами, не прекращавшаяся до самаго 1812 года.
При воцареніи Екатерины II, въ 1762 году, Красная площадь, вопреки прежде изданнымъ указамъ, была почти сплошь заставлена разнообразными шалашами и ларями, съ продававшимися въ нихъ и на нихъ шапками, рукавицами, рыбами и пр. Въ 1782 г., съ открытіемъ новой Московской губерніи, утвержденъ планъ улучшенія города Москвы, которымъ повелѣно расчистить и расширить многія улицы, между прочимъ, и пространство около лобнаго мѣста, вслѣдствіе чего лавки, тутъ бывшія, снесены, а владѣльцамъ ихъ даны мѣста по кремлевской стѣнѣ, гдѣ, съ 1786 г., выстроился рядъ каменныхъ лавокъ въ два этажа, лицомъ на площадь. Въ 1804 году, лавки, находившіяся у кремлевской стѣны, перенесли на другую сторону площади, къ старымъ питейнымъ рядамъ, гдѣ теперь ножевая линія. Въ 1815 году, новый гостиный дворъ, съ лицеваго фасада на площадь украсился колоннадою, а въ 1817 г., площадь церкви Василія Блаженнаго выровнена, и отъ самой начинающейся пологости къ сторонѣ стараго гостинаго двора, или на улицу Москворѣцкую, безобразный ровъ обложенъ тесанымъ камнемъ, а верхъ этой, можно сказать, террасы украшенъ со стороны Жоскворѣцкой улицы желѣзными перилами; задняя же сторона собора заровнена и образуетъ теперь гладкую широкую улицу отъ самыхъ Спасскихъ воротъ до набережной. Въ слѣдующемъ 1818 году Красная площадь получила главное свое украшеніе — монументъ князю Пожарскому и гражданину Минину. Это мѣсто избрано было, какъ почетное и отовсюду видное. Здѣсь, подлѣ него, находится московская божница: величавый Кремль со своими вѣковѣчными зданіями, здѣсь и Казанскій соборъ съ чудотворной иконой Богоматери, построенный Пожарскимъ въ благодарность Богу, за дарованную ему побѣду надъ врагами. На гранитномъ пьедесталѣ поставлена вылитая изъ бронзы группа: Мининъ, съ достоинствомъ гражданина, воспламененнаго любовію къ отечеству, представляетъ князю Пожарскому одною рукою мечь на его оборону, а другою указываетъ московскую дорогу…. Князь Пожарскій, сидящій въ положеніи героя, удрученнаго болѣзнями (отъ ранъ), внимаетъ Минину, принимаетъ мечь и, подъемля щитъ на коемъ изображенъ Христосъ Спаситель, возводитъ взоръ къ небу и молитъ Бога, да поможетъ ему спасти отечество. На пьедесталѣ, въ барельефахъ, съ лицевой стороны, представлена нижегородская площадь, на которой Мининъ, принеся все свое имущество, вѣщалъ народу: «Продадимъ домы наши, заложимъ женъ, дѣтей — и спасемъ отечество!» Тутъ видны граждане, складывающіе деньги и имѣніе; женщины, приносящія сокровища и украшенія свои; старцы, приводящіе вмѣсто себя дѣтей своихъ на службу отечеству. На другой сторонѣ изображена одержанная надъ врагами побѣда и торжество россіянъ по освобожденіи Москвы: и подпись «Гражданину Минину и князю Пожарскому благодарная Россія, въ лѣто 1818». Подъ пьедесталомъ есть еще возвышеніе изъ гранита въ ½ арш. вышины. Памятникъ сей сооруженъ по проекту и подъ руководствомъ знаменитаго Мартоса; открытъ торжественно 20-го февраля 1818 года; высота его 12 арш. 2 верш.

Для дополненія описанія Красной плошади представимъ еще нѣсколько историческихъ свѣдѣній: туда выводили въ прошедшемъ столѣтіи колодниковъ изъ разныхъ застѣнковъ (тюремъ); и они, гремя цѣпями, подъ крѣпкой стражей проводились по площади съ жалобнымъ пѣніемъ: «милосердые наши батюшки, подайте несчастнымъ заключеннымъ Христа ради ***)»; этимъ унылымъ, протяжнымъ напѣвомъ вымаливали они себѣ много подушекъ и денежекъ у доброхотныхъ датедей. Туда выводили и арестантовъ изъ разбойничьяго приказа и изъ убогихъ домовъ подкидышей (до учрежденія воспитательнаго дома) и неимущихъ, престарѣлыхъ, безпріютныхъ, просившихъ подаянія на пропитаніе или на гробъ, на ладонъ и на саванъ.
Особенно въ грозныя времена биронщины (при имп. Аннѣ Ивановнѣ) московскіе жители были напуганы появленіемъ колодниковъ; на нѣкоторыхъ изъ нихъ надѣты были широкіе балахоны, закрывавшіе ихъ съ головою и съ лицомъ, — только для глазъ сдѣланы были у нихъ отверстія, съ тою цѣлію, чтобы они могли узнать тайныхъ преступниковъ въ народѣ и оговорить ихъ страшнымъ восклицаніемъ «слово и дѣло!» На кого они указывали, тѣхъ брали подъ стражу и отводили въ тюрьму, гдѣ жестоко пытали. Часто скрытые подъ балахономъ колодники, дѣлали большія злоупотребленія и оговаривали невинныхъ, большею частію богатыхъ; поэтому появленіе ихъ на Красной площади и въ другихъ мѣстахъ производило большой перепополохъ, — и испуганные горожане метались во всѣ стороны, чтобы скрыться въ толпѣ народной, торгаши спѣшили закрывать свои лавки, а вся мѣстность оглашалась восклицаніями: «языкъ, языкъ!» т. е. доносчикъ, спасайтесь!.. И тогда Красная площадь быстро пустѣла….

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.