Евгений Евстигнеев

his explanation .

Мне к людям хочется, в толпу,
В их утреннее оживленье.
Я все готов разнестъ в щепу…
Б. Пастернак. «Рассвет»
Горьковское (теперь уже — Нижегородское) театральное училище явило миру много талантов. Екатерину Вилкову, Александра Дедюшко, Андрея Ильина, Александра Панкратова-Чёрного, Людмилу Хитяеву…
С 2003 года Нижегородское театральное училище носит имя Евгения Александровича Евстигнеева.
Актера, снявшегося более чем в ста фильмах…
И столь же плодотворно игравшего на театральной сцене…
Актера, у которого могли быть маленькие, эпизодические роли, но не могло быть незначительных, сыгранных тяп-ляп, на скорую руку.


Они такие разные, его роли.
И все-таки они все сыграны им.
Между Петлюрой в фильме «Старая крепость», режиссером в картине «Берегись автомобиля», звездочетом в «Красной шапочке» и Дорном из спектакля «Чайка» не может быть ничего общего, не так ли? Так же, как между подпольным миллионером Корейко в «Золотом теленке» и профессором Плейшнером в «Семнадцати мгновениях весны».
Да, не может, кроме того, что все эти роли воплотил в жизнь один человек — Евгений Евстигнеев.
Его повсюду узнавали дети — бежали следом и восхищенно орали:
— Товарищ Дынин! Товарищ Дынин!
Ну, совсем как за Фаиной Раневской с ее «Муля, не нервируй меня!».
Товарищ Дынин — это уже не образ, это сама жизнь. В каждой школе, в каждом училище, в каждом пионерском лагере был такой вот товарищ Дынин.
Вам кажется, что легко узнаваемого, «типичного» персонажа легко сыграть? Попробуйте сами. Да посмелее — Кустурица, Спилберг, Тарантино и Бессон уже готовят вам предложения, от которых вы просто не сможете отказаться.
Евгений Евстигнеев родился девятого октября 1926 года в Нижнем Новгороде. В обычной рабочей семье, далекой от искусства. Рос, как все — окончил семилетку и в сорок первом году начал работать электромонтёром. Один год Евгений учится в дизелестроительном техникуме, но обстоятельства вынуждают его бросить учебу и снова пойти работать. Слесарем на завод «Красная Этна». Предприятие с коммунистически-вулканическим именем выпускает болты, гайки, пружины и все такое прочее. Предприятие старое, основанное еще в конце девятнадцатого века (тогда оно называлось просто «Этной»).
Однажды Евгений Евстигнеев соберется было поступать в Горьковское театральное училище, но этому воспрепятствует его мать, Мария Ивановна. Сын ее мужа от первого брака, бывший актером, быстро спился и умер, не дожив до тридцати лет. Кто обжегся на молоке, тот, как известно, дует и на воду — поэтому Мария Ивановна решила, что она не отпустит родного сына в актеры на верную и скорую погибель.
Недолго думая, Мария Ивановна придет на прием к начальнику отдела кадров завода «Красная Этна» и уговорит его не разрешать ее сыну уволиться с завода и не отдавать ему документов. Шла война, каждый слесарь был на счету, поэтому долго уговаривать начальника отдела кадров не пришлось.
Но судьба — она и на печке найдет, а уж на заводе «Красная Этна» тем более.
Евгений Евстигнеев не оставляет мыслей о искусстве — он не только работает на заводе, но и активно участвует в заводской самодеятельности. А кроме того, он играет в джазовом коллективе. Ударником.
По воспоминаниям современников, Евстигнеев был очень музыкальным человеком, способным играть не только на различных музыкальных инструментах: от балалайки до рояля, но вообще на всем, что способно издавать звуки.
Джаз-оркестр, в котором Евстигнеев «задает ритм», выступает в клубах, дворцах культуры и в… кинотеатрах. Тогда это было распространено — перед началом фильма, пока зрители собираются, устраивались мини-концерты, этакие увертюры, добавлявшие просмотру фильма праздничности. Хотя в те времена, когда телевидение уже вроде бы было, а телевизоров еще ни у кого не было, поход в кино и сам по себе был праздником.
В одном из кинотеатров, где выступал джаз-оркестр, оказался человек, которому предстояло сыграть большую роль в судьбе Евгения. Этим человеком оказался директор Горьковского театрального училища Виталий Александрович Лебский. Рассказывают даже, что Лебский оказался в том самом кинотеатре в то самое время не случайно, а намеренно. Пришел посмотреть на одаренного ударника-виртуоза, о котором уже был наслышан.
Виталий Александрович Лебский сам был человеком талантливым и в других ценил талант. И не просто ценил, а старался помочь всем, в ком углядел «искру божью». Он нашел игру Евгения превосходной, но сумел с первого взгляда разглядеть в парнишке-ударнике нечто большее, видимое только опытному взору Мастера.
Дождавшись перерыва в игре музыкантов, Виталий Александрович подошел к Евстигнееву и, как говорят, «сразу взял быка за рога», озадачив Евгения неожиданным вопросом:
— Молодой человек, а не хотите ли вы стать драматическим актером?
Евгений опешил, в первый миг он подумал, что стал объектом шутки, но тут же отогнал от себя эту мысль, настолько солидно выглядел стоящий перед ним человек. Подумал несколько секунд и честно признался:
— Я не знаю.
— Тогда вот вам мои координаты, и я жду вас у себя, — сказал Лебский, передавая Евстигнееву бумажку с адресом училища и своим именем.
Два дня спустя Евгений Евстигнеев явился в училище и был встречен очень радушно.
Мать больше не возражала — то ли смирилась, то ли одумалась.
Так Евгений и стал актером. С 1946 года по 1951 год он проучился в Горьковском театральном училище, по окончании которого был распределен…
В Москву?
Нет, во Владимирский областной драматический театр имени А. Луначарского — театр, который незадолго до этого отметил свой столетний юбилей. Театр этот мог считаться подлинно народным — он был основан в 1848 году на средства, собранные «по подписке». На его сцене играла великая Ермолова, и не только она одна.
Художественным консультантом театра в то время был народный артист СССР Б. Е. Захава. В послевоенные годы на сцене театра выступали А. Л. Абрикосов, В. В. Белокуров, А. Н. Грибов, А. П. Георгиевская, В. П. Марецкая, И. В. Ильинский, А. К. Тарасова, Г. П. Менглет…
Театр не отставал от времени — на его сцене шли как пьесы классической драматургии, так и произведения современных авторов — пьесы Лациса, Погодина, местных авторов Липкинда и Толубаева.
Кстати, уезжать из родного города Евгению не хотелось. Он даже попытался подыскать себе место в одном из горьковских театров, в драматическом или в Театре юного зрителя, но руководство обоих театров дало молодому актеру «от ворот поворот». Как позже с долей иронии вспоминал сам Евгений Александрович, «из-за отсутствия таланта».
В итоге Евстигнеев не прогадал — Владимирский областной драматический театр имени А. Луначарского стал для молодого актера хорошей школой. Неудивительно, что Евгений Александрович всегда вспоминал о нем с большой теплотой. В своем первом театре Евстигнеев сыграл более дюжины ролей — от матроса в лавренёвском «Разломе» до Меркуцио в «Ромео и Джульетте». Неплохо для начала.
Но Евстигнеев не собирается останавливаться на достигнутом. В 1954 году он увольняется из театра, отработав три положенные по распределению года, и приезжает в Москву.
Не киселя хлебать и не на ворон глазеть, а с четко определенной целью — продолжить учебу.
Евстигнеев вообще был человеком целеустремленным.
Он поступает в Школу-студию МХАТ. На прослушивании Евстигнеев читал монолог Брута из «Юлия Цезаря» Шекспира.
— Римляне, сограждане, друзья! — возвестил Евгений перед комиссией и, не меняя интонации, продолжил: — Извините, забыл!
Его принимают сразу на второй курс. Курс Павла Владимировича Массальского, одного из корифеев сцены.
При участии Евгения Евстигнеева создавалась студенческая «Студия молодых актеров», вскоре ставшая базой для нового столичного театра «Современник».
В 1956 году окончил Школу-студию МХАТ.
И начинает работать в созданном при его участии Московском театре «Современник». В первом театре той эпохи, не основанным по указанию властей или по просьбе трудящихся (что, впрочем, одно и то же), а созданным группой творчески настроенных единомышленников.
Основатели театра — Олег Ефремов, Галина Волчек, Игорь Кваша, Лилия Толмачева, Евгений Евстигнеев, Олег Табаков — смогли не только создать театр и отстоять его, но и очень быстро сделать его знаменитым!
Был ли нужен такой театр в то время?
Конечно был!
«Современник» был задуман как театр, призванный разрушить косность театральной системы, вдохнуть в паруса свежий ветер и идти в ногу со временем не на словах, а на деле.
Отсюда и название — «Современник».
У новорожденного театра не было славной истории и легендарной труппы, поэтому предметом его гордости стало актерское мастерство — умение на самом деле проникнуть во внутренний мир героев и передать его живыми убедительными естественными способами…
На столичную сцену вернулся живой человек. И заговорил живым языком, простым и ясным.
И великое множество других живых людей стало штурмовать кассы «Современника».
Я не оговорился, именно — штурмовать.
Людям свойственно быстро распознавать хорошее и столь же быстро привыкать к нему.
«Современник» стал любимым театром молодежи и интеллигенции.
«Современник» стал любимым театром москвичей.
«Современник» стал любимым театром чуть ли не всего Советского Союза.
На многие годы билет в этот театр станет одной из самых конвертируемых валют в СССР.
В первом спектакле «Современника» «Вечно живые», поставленном по пьесе В. Розова, Евгений Евстигнеев играет роль Чернова. Сама пьеса выдержала несколько атак со стороны цензоров.
— Перепишите свое творение, в нем нет линии партии! — хмурились цензоры.
— Я бы рад, — разводил руками Розов, — да не влезет в мою пьесу линия партии.
«Пьеса тогда привлекала главным — Розов писал о том, что есть в России истинная интеллигентность, порядочность. Он писал о том, что такое честный человек и как он сохраняет честь в самых трудных обстоятельствах. Пьеса давала возможность, как теперь видно, собрать коллектив, объединить студию на основе какой-то общей идеи, лежащей не только в области эстетики, хотя и эстетики тоже. Мы воспринимали пьесу как художественный манифест, если хотите», — вспоминал позднее Олег Ефремов.
В 1957 году в жизни Евгения Евстигнеева произошло два знаменательных события — он в первый раз снялся в кино, сыграв роль Петерсона в фильме «Поединок», и в первый раз женился. На своей однокурснице по Школе-студии МХАТ, дочери известного кинооператора и профессора ВГИКа Бориса Волчека, Галине Волчек. Вот что пишет о том времени сама Галина Борисовна:
«Вдруг в моей жизни появился великовозрастный выпускник Школы-студии МХАТ: старше меня на семь лет и деревенского происхождения. Он разговаривал так, что некоторые обороты его речи можно было понять только с помощью специального словаря (например, „метеный пол“ в его понимании — пол, который подмели, „беленый суп“ — суп со сметаной, „духовое мыло“ — туалетное мыло и т. д.). Внешне мой избранник выглядел тоже странно: лысый, с длинным ногтем на мизинце, одет в бостоновый костюм лилового цвета на вырост (а вдруг лысеющий жених вытянется), с жилеткой поверх „бобочки“ — летней трикотажной рубашки с коротким рукавом, у воротника поверх „молнии“ величаво прикреплялся крепдешиновый галстук-бабочка. Таким явился Женя в мой дом.
Поначалу папа пребывал в смятении, потому что поддался влиянию няни, которая прокомментировала внешность моего избранника словами: „Не стыдно ему лысым ходить, хоть бы какую-нибудь шапчонку надел…“
Я же вела себя независимо и по-юношески радовалась своему внутреннему протесту против родительского стереотипного мышления. Но мной двигал не только протест, я хотела быть рядом с Женей еще и потому, что испытывала к нему целый комплекс чувств. Меня привлекала его внутренняя незащищенность. Я испытывала в некотором роде и что-то материнское, потому что он был оторван от родительского дома, от мамы, которую любил, но которая в силу обстоятельств дала ему только то, что могла дать, а Женин интеллектуальный и духовный потенциал был гораздо богаче. И самым важным было для меня то, что я сразу увидела в нем большого артиста, а потому личность…
Несмотря на всякие разговоры, мы поженились. Сначала был психологически сложный период в отношениях с моим отцом, его новой женой и моей няней (а жили мы все вместе в одной квартире). В какой-то момент, когда обстановка уже накалилась до предела, я заявила со свойственным мне максимализмом: „Мы уходим и будем жить отдельно!“
И мы ушли практически на улицу. Какое-то время нам приходилось ночевать даже на вокзале. Мы восемь раз переезжали, потому что снимали то одну, то другую комнату, пока не получили отдельную однокомнатную квартиру. Из-за такой бездомной жизни у нас не было ни мебели, ни скарба.
Со временем папа полюбил Женю, уважал его и снимал во всех своих фильмах, хотя бы в маленьком эпизоде. Да и няне Женя оказался близким по духу и восприятию жизни. Позже она так и не смогла полюбить моего второго мужа, для нее Женя всегда оставался „своим“, а тот „чужим“».
В 1960 году Евстигнеев получит первую главную роль на сцене — он сыграет Голого короля в одноименном спектакле по пьесе своего тезки Евгения Шварца. Для Евгения Александровича эта роль стала этапной. Критик Майя Туровская писала об этой работе: «Очень трудно играть ничто, от которого зависит все». Но Евстигнеев прекрасно справился со своей задачей — сыграл абсолютное ничтожество, диктующее свою волю окружающим.
Время идет. Евгений Евстигнеев продолжает играть на сцене и сниматься в кино. Постепенно его начинают узнавать, но до масштабной всесоюзной популярности еще далеко.
И невозможно даже представить, что Евстигнеева прославит на всю страну роль лысого зануды, который хочет сделать как лучше и всем при этом мешает.
Нет, что вы! Владимира Ильича Ленина Евстигнеев не играл никогда! Ни разу! Ни в кино, ни на сцене. Больно уж высок ростом был, в образ не вписывался. Царей, правда, играть доводилось — Ивана Грозного и Александра Второго.
В 1964 году Евгений Евстигнеев снимается в комедийной картине режиссера Элема Климова «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён». Играет товарища Дынина, директора пионерского лагеря, человека положительного во всех отношениях.
Помните его перлы?
— «Бодры» надо говорить бодрее, а «веселы» — веселее.
А этот:
— Я инструментальный квартет освободил от сна — пусть тренируются.
Или этот:
— Эту песню, товарищ Митрофанов, Гагарин пел в космосе.
Картина «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён» стала дебютом Элема Климова в полнометражном кино. Художественный совет (был тогда такой орган, разрешавший или запрещавший фильмы к прокату) воспринял картину прохладно, но все-таки выпустил ее на экраны страны. По воспоминаниям самого режиссера, на первой «народной» премьере стоял такой дикий хохот, что ему не было слышно картину.
Теперь режиссеры наперебой приглашают Евгения Евстигнеева сниматься в их картинах.
Зазывают, можно сказать. За два года Евгений Александрович снимется в десятке фильмов, в том числе и в прекрасной и трогательной комедии Эльдара Рязанова «Берегись автомобиля». В этой картине Евстигнеев сыграет непотопляемую и самодовольную бездарность, бывшего футбольного тренера, переведенного на место режиссера самодеятельного театра. С фильма «Берегись автомобиля» и началось многолетнее творческое сотрудничество Евгения Евстигнеева и Эльдара Рязанова.
Однажды Евстигнеева спросили, каким он хочет видеть современного зрителя. «Талантливым. Умеющим свободно ассоциировать, не боящимся быть сентиментальным», — не задумываясь, ответил Евгений Александрович.
В 1968 Олег Ефремов ставит в «Современнике» горьковскую пьесу «На дне». Евстигнеев играет Сатина. Играет по-новому, ломая стереотипы советского социалистического театра, играет без надуманной патетики. Константин Райкин так вспоминает об игре Евгения Евстигнеева: «Мне кажется, Сатин — высочайшая его работа. Она абсолютно опрокидывает стереотип некого назидательного пафоса и декламационности, сложившийся в связи с данным образом. Это было сыграно чрезвычайно живо, неожиданно, смешно, остро, горько, даже желчно, парадоксально, но в результате оставляло ощущение редкой значимости и мощи. Помню его монолог о гордом человеке. Тяжелые глаза навыкате. Скривившийся в едкой усмешке рот. Состояние человека, отяжелевшего от выпитого и при этом испытывающего некое странное вдохновение. Напряженный лоб, откинутое на нарах тело, приподнятое на широко отставленных назад руках, и отчаянно опрокинутая голова. Предельная выразительность каждой позы, почти монументальность».
Ефремова и Евстигнеева связывали прочные дружеские отношения. Когда в 1970 году Олег Николаевич с шумом оставит «Современник» и станет главным режиссером МХАТа, Евгений Евстигнеев, не задумываясь, последует за ним.
В 1968 году Евгений Евстигнеев получит звание Заслуженного артиста РСФСР.
В 1974 году он станет Народным артистом РСФСР, и в том же году получит Государственную премию СССР за роль Хромова в МХАТ-овском спектакле «Сталевары» (не путайте с ролью Хромого в динамичной рязановской комедии «Невероятные приключения итальянцев в России»).
В 1982 году Евстигнеева наградят орденом Трудового Красного Знамени за заслуги в производстве советских телевизионных фильмов и активное участие в создании фильма «Семнадцать мгновений весны».
В 1983 году Евгений Александрович станет Народным артистом СССР.
В 1990 году он получит Государственную премию РСФСР за роль профессора Преображенского в телевизионном фильме «Собачье сердце» по одноименной повести Михаила Булгакова.
Режиссер картины «Собачье сердце» Владимир Бортко вспоминал, что в самом начале съемок, когда профессор Преображенский вышел из кооперативного магазина с пакетом краковской колбасы, ему показалось, что Евстигнеев продолжает играть роль профессора Плейшнера из «Семнадцати мгновений весны».
— Стоп! — воскликнул Бортко и обратился к актеру: — Евгений Александрович, профессор так не ходит.
— Не надо мне рассказывать, я уже одного профессора играл, — недовольно ответил Евстигнеев.
— Но это совсем другой! — настаивал Бортко. — Это… Менделеев!
Евстигнеев помедлил, потом вернулся в магазин.
Спустя мгновение из магазина вышел не Плейшнер и не Менделеев, а именно профессор Преображенский. Такой узнаваемый и такой неповторимый.
Сам Евгений Александрович говорил о себе так: «Я всю жизнь набирал мастерство. Постепенно. У меня не было творческих взлетов или провалов. Работал, двигался. Я — характерный актер, потому и роли играл разные, преимущественно не главные. Считаю, что актер должен уметь и хотеть играть все, то есть, как профессионал я должен уметь и хотеть играть и Шекспира, и Шкваркина. Другой вопрос — надо ли актеру давать играть все, что он ни пожелает, но уметь он обязан».
Евгений Александрович Евстигнеев умер на 66-м году жизни в лондонской клинике, где его готовили к сложной операции на сердце.
«Он был достаточно закрытым человеком. Свои беды и радости он держал в себе. Во многом от этого к концу жизни у него сердца не осталось вообще, физически, я имею в виду», — скажет позднее сын Евгения Евстигнеева и Галины Волчек Денис.
Похоронен он на Новодевичьем кладбище в Москве.
На родине, в Нижнем Новгороде, ему поставили памятник. Не монументально-постаментный, а очень простой и человечный. Такой же, каким и был великий актер.
Евгений Александрович присел на лавочку, положил плащ на колени, снял шляпу и о чем-то задумался. Должно быть, о сегодняшней своей роли…

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.